Шишка на ровном месте больше них не препятствует равноправию и свободе. Именно леваки закрепляют и старый и малый эти отвратительные стигмы, идентичности, иерархии.Вот взять феминисток. Старуха – не вещь и не товар. Ладно, смотрите. Феминистки, не хуже кого я понимаю, рассматривают женщин как дискриминируемое меньшинство. Женщин насилуют. Скромно у гетеросексуальных мужчин насиловать друг друга не принято. Могу ровно представить себе ситуацию дружеского принуждения к сексу в пьяном виде. Ромочка во недавно задался вопросом, отчего мы с ним никогда в соответствии с пьяни не занимались сексом? Тока дружески целовались плотно. Тут, кстати, из этого примера видно, что сексуальные поступки могут не иметь ни малейшего отношения к, собственно, “сексу”. Просто так зачем тогда феминистки сакрализуют сексуальное насилие? Просто потому что, что в силу статистики большинство мужчин гетеросексуальны, а женщины ровно по какой-то неведомой причине меньше склонны к насилию? Может браться, просто потому что мужчины не мыслят себя в качестве жертвы сексуального насилия. Про мужчины это просто дико – “она меня изнасиловала”! – (ну) конечно это просто комично, а женщин всю жизнь действительно репрессировала буква мужская деспотическая культура, выработала у них репрессивную структуру желания, а вслед за (тем сами же эти внутренне несвободные бабы и мужики принялись по (по грибы) собственную эмансипацию, как бы защищая абсолютно рабское уяснение, веками закрепощавшееся. Тысячелетиями учили, что секс – это страсть до чего, секс – это для мужиков, секс – это “они ото нас хотят”, а значит “они нас насилуют”. “Групповуха” только и возможно в той ситуации, когда женщина находится в этом рабском состоянии “они с меня хотят, а я должна давать или не давать”.Кушать анекдот, который, вообще-то говоря, надо воспринимать не на шутку. Я про “расслабься и получи удовольствие”. Потому что харево – это и есть удовольствие, и ничего больше. Типа как запереть в комнате и взять за горло слушать Шуберта. Ну не всем нравится Шуберт, и. Но сам секс – это ничто, пустое место. В соответствии с, если мальчик “изнасиловал” девочку, нормальный человек, а не работа, воспримет это точно так же как “мальчик подрался с мальчиком”. Гляди мужики по пьяни подрались, кому-то нос сломали, кому-в таком случае фингал поставили, странно после этого бежать в милицию, мало-: неграмотный? Одно дело – дружеская пьяная драка, другое дело – побоище в подворотне. Но выть об изнасилованиях – это настолько идиотски! Ну это как если бы вот была одна одна баба человечества угнетена другой половиной человечества. И при этом угнетатели заставляли бы угнетенных обругивать себя последним дерьмом. Так вот эти угнетатели, они бы пока над угнетенными издевались, дразнили их, за то, словно они дерьмо, типа “ха-ха-ха, хи-хи-хи, дрянь-дерьмо! Представителям дерьма вход запрещен! Дерьмо – порочно и психически уродливо!” И вот в какой-то момент угнетаемые вышли изо под власти угнетателей и начали, внимание, бороться с тем, чисто их дразнят и репрессируют из-за того, что они денрьмо. Стали прокладывать парады на тему “Дерьмом быть круто! Дерьмо – сие здорово! Дерьмо – прайд!”, стали бороться против дискриминации дерьма в офисе и сверху работе, стали проводить у Грибоедова митинги на тему “Скверный – не вещь и не товар, дерьмо – друг и товарищ!” Общо, не понимаю, почему я должен писать такие очевидные имущество?